Закрыть

Председатель Правления МЗБ Началось обсуждение Председатель Правления МЗБ 4 месяца(-ев) назад

  Существует мнение, причем весьма распространенное, что Сталин во время Великой Отечественной войны никогда не посещал фронт. Дескать, трусливо руководил войной из кремлевского бомбоубежища. Эту версию в свое время огласил Н.С. Хрущев. Многие из уважаемых и известных людей поддержали его. Например, писатели Виктор Проскурин и Юлиан Семенов. Так миф утвердился. Хотя, на самом деле, Сталин не раз бывал на фронте. Просто он никогда не делал из этого пиар-шоу и рекламных акций.

Сталин, конечно, был типичным кабинетным руководителем, предпочитавшим работать в Кремле – месте, где сосредоточились нити управления всеми действующими фронтами, военными округами и тыловыми предприятиями. Это был наиболее действенный и рациональный стиль руководства. Но трусом Сталин не являлся и, когда надо было, выезжал на фронт. Об этом свидетельствуют воспоминания сотрудников его охраны Петра Лозгачёва и Алексея Рыбина, а также скупые слова Председателя КГБ Ивана Серова, буквально вытянутые из него зятем-писателем Эдуардом Хруцким. Да и сам Сталин в письмах к Черчиллю несколько раз мимоходом упоминал о своих поездках: «Только теперь, по возращению с фронта, я могу ответить Вам на Ваше послание от 16 июля…», «Приходится чаще лично бывать на различных участках фронта», «…мне приходится чаще, чем обычно, выезжать в войска, на те или иные участки фронта». Все эти поездки не афишировались, держались в секрете и во время войны, и после нее. Поэтому глупыми звучат измышления некоторых историков, что Верховный главнокомандующий предпринимал выезды на фронт, чтобы поднять свое реноме для истории.

Сколько раз выезжал Сталин на фронт – точно неизвестно. Первая поездка, скорее всего, состоялась в июле 1941 года. Тогда на малоярославском направлении он осматривал местность, чтобы определить, где сосредоточить войска для обороны Москвы. На основании этой поездки было принято решение о создании Можайской оборонительной линии. В сентябре он снова посетил эти места. Из воспоминаний охранника В. Тукова:«Сталин осмотрел первый пояс Можайской линии обороны. Передвигались на 8-цилиндровом "Форде" по проселочным дорогам. В некоторых деревнях ребятишки первыми узнали Сталина, бегали по улицам и кричали: «Ура! К нам товарищ Сталин приехал!» Целый день мы мотались по лесам и узким дорожкам в зарослях».
 
Особой опасности подвергся вождь, когда ездил на фронт в ноябре 1941 года. Он лично хотел увидеть в бою легендарных «Катюш». Под деревней Скирманово (ныне Рузский район) огневой удар нанес дивизион капитана Кирсанова. Результат ошеломительный – было уничтожено 17 вражеских танков, 20 минометов, несколько орудий и две сотни гитлеровцев. Но для «Катюш» существовал неписаный закон – после залпа сразу сниматься и менять место дислокации из-за неминуемого ответного удара. «Катюши» успели, но вот «паккард» Сталина застрял в снегу. Пока его вытаскивали, а вождя пересаживали в «форд» охраны, начался артобстрел, а затем налет вражеской авиации. Так что побывал наш Верховный под огнем и понюхал, как истинный фронтовик, пороха.


Кстати, после победы под Москвой в распоряжение спецслужб попали документы фронтовой разведки гитлеровцев, из которых стало известно, что после огневого удара «Катюш» капитана Кирсанова 13 ноября 1941 года, фашисты выбросили с самолетов десантную группу. Знали бы они, кого упустили в тот день.

В страшном ноябре, когда решалась судьба Москвы и страны, Сталин еще два раза посещал действующие войска. Он посетил полевой госпиталь в селе Ленино-Лупиха. Раненые бойцы опешили, когда к ним в палату зашел сам Сталин, сел на табуретку и начал их расспрашивать о нынешней боеспособности немецких офицеров и солдат. Неизвестно, в ту поездку или позже он посетил и 316-ю дивизию, которая вела жестокие бои на Волоколамском шоссе у деревни Гусенево. Через несколько дней там же погиб командир дивизии генерал Иван Панфилов.

В 1942-43 годах Сталин продолжал выезжать на фронт. Все его поездки были кратковременными – 2-3 дня. Нерезонно было надолго оставлять Москву, где его ждали важные и неотложные дела. Поэтому и выезды в основном были на близлежащие к Москве фронты – Западный и Калининский. Судя по всему, Сталину не хотелось влезать в тактическое управление войсками. С этим прекрасно справлялись представители Ставки. От них Сталин требовал ежедневных докладов и донесений, а если кто-то из них в течение суток не посылал никаких сообщений, то тут же, невзирая на лица, звания и былые заслуги, получал суровый нагоняй.

В поездках на фронт Сталину, скорее всего, надо было просто почувствовать саму атмосферу войны, боевой дух Красной Армии. Не случайно после его поездок принимались не сколько военные решения, а, скорее, военно-политические, укрепляющие дух армии. В сентябре 1941 года было принято постановление о присвоении наиболее отличившимся частям звания гвардейских. После посещения армейского госпиталя в 1942 году появился указ об отличиях за ранения – нашивках. Даже страшный приказ №227 тоже появился после одной из поездок на Западный фронт.


Исключением из правил можно назвать посещение Сталиным разрушенного Сталинграда осенью 1943 года. Он его посетил, возвращаясь с Тегеранской конференции. Проехался по разрушенным улицам и даже попал в аварию. Из воспоминаний офицера охраны Алексея Рыбина: «Сталин направился в Сталинград. Осмотрел разрушенный город, бывший штаб Паулюса, горы немецких касок на улицах. Вздохнул: «Эх, горе-завоеватели… В касках-то головы были? А город мы выстроим красивее прежнего. С нашим народом все сделаем!»

Когда бронированный лимузин вождя проезжал среди развалин, неожиданно выскочившая из угла полуторка столкнулась с машиной Сталина. И хотя все обошлось благополучно, выскочившая из грузовика женщина-водитель стала ругаться. Но когда увидела вышедшего из машины Сталина перепугалась и заплакала.

Сталин ее успокаивал: «Это я виноват. Не плачьте. Это не ваша вина, вините войну. Наша машина бронированная, мы не пострадали. А свою машину починить вы сможете».

Прибежавших милиционеров Сталин предупредил, чтобы женщину оставили в покое и не наказывали.

Двадцать лет назад я беседовал с одним ветераном, который собственными глазами видел Сталина на фронте, в августе 1943 года. Но об этом в следующий раз.

Если Вам понравился пост, ставьте лайки, пишите комментарии, подписывайтесь на канал.
11111